ПОЧЕМУ МЫ ВСЕ НОВЫЕ ЕВРАЗИЙЦЫ? И почему Якутия – Белая Индия

В Якутске успешно прошел Межрегиональный форум «Новая Евразия» — арктический вектор», который организовал новый Институт геокультурного развития. К нам приехали евразийцы из Москвы, Новосибирска, Тывы, Республики Алтай, Республики Беларусь. Евразийство сегодня приветствуется как властью, так и разными народами, поскольку основная задача движения: собирание земель ближнего зарубежья вокруг России, сохранение собственной идентичности народов России. Это очень важная миссия в пору, когда в мире начинают властвовать две цивилизации: западная (США и страны Западной Европы) и восточная (Китай). Якутия в этом движении сегодня обращает взоры россиян и мира на Арктику.

Во время встречи с двумя писателями, философами Павлом Зарифуллиным и Алексеем Дзермантом (Беларусь) прозвучало много интересных слов о Якутии.

-Как вы начали интересоваться Якутией?

Павел Зарифуллин:

Это было лет 17 назад после встречи с Андреем Саввичем Борисовым. Начали проект по составлению сакральной карты Якутии, потом ездили вместе в Иркутскую область, на Байкал, на Ердынские игры, провели конференцию в Москве. Потом я создал Центр Льва Гумилева, и Андрей Саввич принимал в этом активное участие. Сейчас пришло время выйти на новый уровень, культурное поле настолько засеяно, что должны появится всходы. Следующий после Якутска форум мы проведем в Минске.

Алексей Дзермант:

-Лет 12 назад принял для себя глубоко евразийство. Как-то аспирантом я проходил стажировку в Польше. Там, кстати, существует политика притяжения молодых умов из разных мест: Украины, Казахстана, других республик бывшего СССР. И вот я там встретил казаха. А надо сказать, что у белорусов есть такое свойство – за границей мы держимся обособленно. Казах смотрит на меня и говорит:

-Ты в Казахстане родился?

-Да.

-А из какого жуза?

-Из Старшего.

-А где родился?

-В Талгаре.

Так мы с ним подружились, он меня кониной угощал. А земляки смотрели удивленно. Тогда я понял, что мы свои и стал интересоваться философией евразийства.

Павел Зарифуллин

-Павел Вячеславович, у вас есть роман «Белая Индия». В прошлые века люди жили тяжело и мечтали о Белой Индии. А сейчас что для современных людей является желанным берегом?

-Это энергия термоядерного синтеза, когда каждый может иметь энергию небольшого солнца. И это Арктика в период потепления климата, обретение ее заново, обретение мамонтовой степи, чем сейчас занимается на севере Якутии наш друг Сергей Зимов – Плейстоценовым парком. Там преображается территория, и должна возникнуть не голая земля, а населенная мамонтами, овцебыками, бизонами степь – будут новые города, большие порты, куда будут заходить большие корабли. И Якутия станет центром Арктики.

-Иногда вы Якутию называете Белой Индией. Почему?

Павел Зарифуллин:

-Почему Индию все уважают, все любят, почему туда стремятся рок-музыканты, хипстеры, были Рерих, Блаватская? Я задался этим вопросом и решил – из-за слонов: махараджи на слонах ездят, и их все уважают. Я тогда подумал, кто круче слонов? Ну, конечно же, мамонты! Это суперслоны. И если есть царь Белой Индии, настоящий царь из русских сказок, то он должен вернуться на мамонте. Откуда он может приехать? Из Якутии. В моей книге «Белая Индия» есть посвящение прекрасной стране саха – Якутии. Из вашей республики мамонты обязательно вернутся, возможно, при нашей жизни мы их увидим.

-Почему ваше движение называется «Новой Евразией», что там нового по сравнению со старым евразийством? Для запада Арктика – белая пустыня, как бы ничейная земля. На самом деле на ней мы и русские поморы издревле живем. Наши идеи надо широко распространять, чтобы западу было трудно претендовать на эти территории.

Павел Зарифуллин:

-Новая, потому что мы смотрим в будущее. Евразийцы сделали важнейшие теоретические выкладки – что такое Россия, почему она Евразия, почему она сердце мира. И мы на евразийском фундаменте пытаемся описать образ будущего, где наши народы не потеряют своего сердца, идентичности, и в то же время освоят новые технологии.

Алексей Дзермант:

-Следовать за классиками евразийства важно, но этого недостаточно. Добавилась Арктика, а ведь первые евразийцы об этом не писали. Что удивляет в Якутии – высокий уровень гуманитарных элит, которые думают о том, как место, в котором вы живете, будет влиять на судьбы России, планеты. Этого первоначально в евразийстве не было. И мы по сути все новые евразийцы – каждый добавляет что-то свое.  Я пишу о Белоруссии, о которой первые евразийцы так глубоко не писали. Мы все творим Новую Евразию из разных векторов, все они направлены в будущее.

-Расскажите о вашем понимании терминов «геополитика», «геокультура».

Павел Зарифуллин:

-Геополитика возникла давно. Сначала на Западе, потом как ответ Западу в России возникла евразийская геополитика. В ней раскрывается, кто мы есть на этой земле, какое значение имеет наша страна с точки зрения географии. Это было связано с появлением больших империй – колониальных, Российской. Это обоснование себя через территорию, мысль через пространство.

У геокультуры более сложное значение. Есть понятие геософии, о которой начал первым говорить Николай Гумилев. Он пытался мыслить о стране через общность миров, культур. Например, ваш эпос олонхо, где есть Средний мир, Верхний, Нижний, его же не засунешь в геополитику. Такое многомерное осмысление мира и есть геокультура, геософия. Геокультура – это следующий уровень геополитики, с моей точки зрения.

Алексей Дзермант:

-Геополитика вещь более прикладная, ею занимается власть. Мы видим сейчас усиливающуюся борьбу за пространство, в том числе за Арктику.

Геокультура – более глубокое понятие. Потому что культура выше сиюминутных политических баталий, это глубокая традиция, которая у каждого народа своя, она выражена в языке, обычаях, обрядах. При этом язык и традиции привязаны к определенному пространству. Любая культура, язык отражает тот мир, где носители этого языка и культуры живут. Геокультура – это познание мира через пространство. Это разные измерения: быт, культура обрядовая, культура мышления, письменная, образования. Этих измерений множество, но в каждом будет отпечаток места, в котором культура родилась, выпестована и существует. В этом смысле геокультура, может быть, более важное понятие, чем геополитика.

Послесловие

Кстати, неспроста Алексей Дзермант похвалил якутян. Писатели признались, что обычно на встречах им почти не задают вопросов, а здесь их было не менее десятка, и после окончания встречи завязался разговор. Думается, у нас в Якутии настолько много думающих людей, что у нее большое будущее на северной земле, которую ждет второе рождение.

Игорь Саввинов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *